Тип публикации: статья из журнала
Год издания: 2025
Идентификатор DOI: 10.37523/SUI.2025.63.2.014
Ключевые слова: Kazakhstani legislator, codified legal act, national preventive mechanism, convicted person, penitentiary practice, post-Soviet space, legal basis, probation, казахстанский законодатель, кодифицированный правовой акт, национальный превентивный механизм, осужденный, пенитенциарная практика, постсоветское пространство, правовые основы, пробация
Аннотация: В статье показана целесообразность компаративистского изучения общих положений уголовно-исполнительных кодексов Республики Казахстан и Российской Федерации. Показано, что данные правовые установления закрепляют целевые и принципиальные позиции законодателей относительно формально-содержательного механизма исполнения уголовных наказПоказать полностьюаний и применения иных мер уголовно-правового воздействия (характера). Обнаружены как схожие, так и отличительные особенности рассматриваемых отправных положений уголовно-исполнительного законодательства двух стран. Например, в УИК РК не содержится общих установлений относительно структуры и содержания уголовно-исполнительного законодательства, что имеет место в ст. 2 УИК РФ. При наличии отличий делается обоснование того, почему они существуют. Аргументируются «плюсы» и «минусы» соответствующих законотворческих решений. Делается вывод, согласно которому полученные результаты сравнительно-правового исследования указывают на наличие весьма прогрессивных общих положений уголовно-исполнительного законодательства Республики Казахстан, что создает научные резервы для оптимизации концептуальных установок аналогичного законодательства Российской Федерации. The article shows the feasibility of a comparative study of the general provisions of the Criminal Executive Codes of the Republic of Kazakhstan and the Russian Federation. It is shown that these legal provisions consolidate the target and fundamental positions of legislators regarding the formal and substantive mechanism for the execution of criminal penalties and the application of other measures of criminal-legal influence (nature). Both similar and distinctive features of the considered basic provisions of the criminal-executive legislation of the two countries are revealed. For example, the Criminal Executive Code of the Republic of Kazakhstan does not contain general provisions regarding the structure and content of the criminal-executive legislation, which is the case in Art. 2 of the Criminal Executive Code of the Russian Federation. If there are differences, a justification is given for their existence. The pros and cons of the corresponding legislative decisions are argued. It is concluded that the obtained results of the comparative legal study indicate the presence of very progressive general provisions of the criminal-executive legislation of the Republic of Kazakhstan, which creates scientific reserves for optimizing the conceptual guidelines of similar legislation of the Russian Federation.
Журнал: Вестник Самарского юридического института
Выпуск журнала: № 2
Номера страниц: 96-102
ISSN журнала: 23076852
Место издания: Самара
Издатель: Самарский юридический институт ФСИН России